Вот это поворот. Фильмы М. Найта Шьямалана, отношение к которым стоит пересмотреть

К концу десятых романтику и мистику М. Найта Шьямалана смяла эпоха постмодернизма. Жанровое кино менялось, для нового времени режиссер оказался слишком сентиментальным. С каждой работой Найт старался нарушить очередное драматургическое правило и не оправдывать ничьих ожиданий, чтобы не прослыть предсказуемым. Но его любовь к воздействию на зрителя через сюжетный твист после «Таинственного леса» стала поводом для систематических насмешек заокеанской прессы. Вплоть до творческой перезагрузки (меньше бюджеты, меньше амбиций), начавшейся с «Визита», все фильмы Шьямалана ждал прием, который иной постановщик не выдержал бы: уничижительные шутки, массовое предубеждение, многочисленные антипремии.

Сейчас в кинотеатрах (а скоро и онлайн) идет фильм «Время» Шьямалана — триллер, где Гаэль Гарсиа Берналь и компания попадают на таинственный остров и внезапно начинают стареть. Об этой картине мы уже писали, здесь же речь пойдет о других: тех «провальных» фильмах Шьямалана, которые заслуживают ревизии.

«После нашей эры» (After Earth)

После крушения космического шаттла на одичавшей Земле выжили двое. Совершавший последний перед пенсией рейс ветеран межгалактических войн Сайфер Рейдж (Уилл Смит) и его сын Китай (Джейден Смит). Климат изматывающий, звери кровожадные, не планета — сплошные джунгли. Пока израненный Рейдж прикован к кораблю, Китай направляется запустить спасательный маячок и заодно доказать родителю, что у него тоже есть характер. 

Как приняли?

4.8/10 на IMDb. 11% на Rotten Tomatoes. Шесть номинаций на «Золотую малину» и три победы (у исполнителей главных ролей по отдельности и за дуэт). При невероятной популярности Уилла Смита это едва ли не первый явный кассовый провал актера в Штатах за долгие годы. 
  
Почему это несправедливо?

У кинозвезд свои причуды: придумать сюжет «После нашей эры» Уиллу Смиту подсказало отцовское сердце, пора было выводить на первый план сына Джейдена. Пока Китай борется с живностью, Сайфер все это время проводит сидя у бортового компьютера. Зритель не оценил: одна из главных экшен-звезд Голливуда бездействует, непорядок. Во взаимоотношениях папа-сын Шьямалану важен процесс прорабатывания совместной травмы — случившейся в семье утраты. Китай чувствует себя лишним, занявшим место сестры, спасшей его в детстве ценой собственной жизни. Потому вплоть до финального поединка он кажется бестелесным и чрезмерно эмоциональным ребенком. Химеры, как полагается, остаются в сознании, и пока их не победишь, героем не станешь. Китай одерживает верх не над инопланетным монстром, а над собственным отцом, который отныне не военная легенда, а просто внимательный родитель.

Для Шьямалана «После нашей эры» — размышление на тему образа как бессмертной и универсальной формы коммуникации. Сайфер наблюдает за Китаем с помощью встроенных в костюм подростка камер, направляя и комментируя его действия. Экран, как и запись прямого эфира, оказываются такой же формой передачи опыта, как и наскальный рисунок, который наносит главный герой, оказавшись в пещере. В кадре неоднократно упоминается «Моби Дик», но в истории Китая кит-противник — это формальность. Куда ближе фильм Шьямалана к прозе Даниэля Дефо, где познание себя — процесс, связанный с принятием неизведанной, первобытной среды. Провал «После нашей эры» случился в том числе из-за ошибки позиционирования, поскольку фильм — не блокбастер о борьбе с инопланетным захватчиком, а приключенческий роман воспитания. 

«Девушка из воды» (Lady in the Water)

Смотритель многоквартирного дома Кливленд Хип (Пол Джаматти) замечает в бассейне рыжеволосую девушку Стори (Брайс Даллас Ховард). Она оказывает нимфой, которая не может вернуться в свой мир из-за чудища, притаившегося неподалеку. Хип, как и прочие жильцы, загадочным образом оказывается связан со Стори. 

Как приняли? 

5.5/10 на IMDb. 25% на Rotten Tomatoes. Четыре номинации на «Золотую малину» (две победы). Кассовый провал как в Штатах, так и по миру. 

Почему это несправедливо? 

«Девушка из воды» — гайд по тому, как преодолеть творческий кризис. На протяжении почти двух часов Шьямалан пишет свою морфологию сказки, размышляя, как и в «Неуязвимом», о роли предназначения даже, казалось бы, самых заурядных людей, только вместе способных на сверхподвиг. Режиссер, подобно Хипу, методом проб и ошибок распределяет между своими героями архетипические роли. Изначально мифологию «Девушки» Найт придумал для своих детей. Нимфа Стори (Story) — понятно, история, которую только предстоит рассказать. Хип узнает легенду о ней урывками и, чтобы своенравная пожилая соседка поведала ее до конца, в одной из сцен притворяется ребенком (иначе в наши дни не объяснить спонтанный интерес сорокалетнего мужчины к фольклору). Единожды увидев Стори, жильцы дома без тени сомнения начинают выполнять предусмотренную сказкой роль. То же, Шьямалан предлагает и зрителю: отпустить предрассудки и хотя бы на некоторое время поверить в потаенный мир нимф, древесных обезьян тартутиков и скрантов — волков с травой вместо шерсти. С позиции режиссера это «падение на доверие», предложение принять на веру внутрифильмовую условность. Помимо гостей из другой реальности, жилой комплекс населяют сплошь эксцентрики, что изначально лишает фильм бытовой заурядности. 

Критики ругали «Девушку» (вплоть до прямых оскорблений в сторону Шьямалана) в том числе за наивность. Режиссер не самонадеян, а искренен, это едва ли не первый фильм Найта, в котором не предусмотрено «твиста» в финале, а есть только платоническая нежность. Как бы банально это ни звучало для концептуалиста Шьямалана, История сродни божеству. 

«Явление» (The Happening)

Америка пала жертвой неизведанной пандемии: все от мала до велика, стоит им заразиться, совершают самоубийство. Вирус? Химическое оружие? Власти в недоумении. Штат за штатом люди спешно стекаются к вокзалам, чтобы направиться незнамо куда да подальше. Вместе с прочими беглецами уехать из Филадельфии пытается учитель естествознания Эллиот (Марк Уолберг) и его жена Альма (Зои Дешанель).  

Как приняли?

Успех в мировом прокате. 5.0/10 на IMDb. 17% на Rotten Tomatoes. Четыре номинации на «Золотую малину». 

Почему несправедливо? 

Ни в одном из своих фильмов Шьямалан не нарушал столько правил повествования. «Явление» — в оригинале The Happening. Найт адаптирует формат хеппенинга для большого экрана, добивается слома «четвертой стены» между зрителем и происходящим в кадре, изымая из истории явную угрозу. Это буквально «спонтанное бессюжетное событие», хаос, от которого никуда не деться. Вплоть до момента объяснения причины возникновения массовых самоубийств, герои и аудитория тождественны. Но осознание проблемы ее не решает. Злой рок, не иначе. Оказавшись на большой дороге посреди чистого поля, толпы людей не понимают, что делать. Защититься от болезни можно изолировавшись. От убийцы — спрятавшись или сбежав. Но у смерти в «Явлении» нет воплощения. Эта бесстыдная, радикальная концепция сбивает с толку, вызывает дискомфорт, а после просмотра — закономерное раздражение, которым пронизано большинство рецензий. Но защитная реакция на манипуляцию не должна преуменьшать ни постановочного мастерства, ни изобретательности самой задумки.

Это один из самых страшных фильмов Шьямалана, в котором недосказанность становится режиссерским методом. Воображение сильнее любого визуального образа. В одной из наиболее эффектных сцен «Явления» пистолет полицейского становится, кочуя из рук в руки, причиной смерти череды прохожих. В кадре при этом только брошенные автомобили, ручейки крови и ноги очередных сиюминутных обладателей табельного оружия. «Явление» — фильм о том, что иногда полезно слушать тишину. Жизнь захламлена информационным шумом, но стоит появиться угрозе, все замолкают, чтобы понять что-то важное про самих себя. Метафора инициированного природой естественного отбора — фон для истории кризисных отношений. Эллиот и Альма постепенно налаживают свой брак, потому что обстоятельства отнимают у них все, что рассеивало и обесценивало их чувства. Перед лицом незримой опасности и ссориться некогда. 

«Стекло» (Glass)

В психиатрической лечебнице оказываются трое: истово верящий в силу предназначения Элайджа Прайс (Сэмюэл Л. Джексон) с болезнью костей, Кевин Крамб (Джеймс МакЭвой) с диссоциативным расстройством личности и Дэвид Данн (Брюс Уиллис), убежденный, что он сверхчеловек. Психиатр Элли Стэйпл (Сара Полсон) уверена, что собравшиеся ментально больны и неординарными способностями не обладают. Но супергерой — это, конечно, всегда нечто большее, чем просто особая сила. 

Как приняли?

Кассовый успех что в Штатах, что в мире. 6.6/10 на IMDb. Одна номинация на «Золотую малину». 36% на Rotten Tomatoes.

Почему несправедливо?

«Разочаровывающий» — один из наиболее частых комментариев, используемых относительно «Стекла» в год выхода. Нельзя сказать, что фильм был неуспешен, но он, очевидно, заслуживал куда больше добрых слов, чем получил. Ваши ожидания — ваши проблемы. Шьямалан с нескрываемой издевкой деконструирует жанр супергеройского тим-ап кино, пришедшего на смену фантазиям про одиночек, способных бороться со злом. Вместо свойственного формату масштаба троица титульных персонажей сидит в психушке, посещает терапию, а кульминационное сражение оказывается борьбой в грязи на лужайке, на подступах к клинике.  

«Стекло» было одой телесности, «Неуязвимый» — закалке духа. Антигерой Крамб способен превращаться в Зверя, гнуть металлические прутья, ловко прыгать, опираясь на стены, но все это исключительно инициатива его сознания, ведь плоть — лишь инструмент. Данн — печального вида охранник на стадионе, терзаемый сомнением по поводу своей силы. Его неуязвимость была лишена практического применения, но сама идея избранности делала мужчину сильнее. Их встреча и подстрекаемое Прайсом противостояние разрешается без продолжительной борьбы, и в этом Шьямалан видит прозу жизни. В сводках новостей все выглядит мелким и жалким. Нечто возвышенное остается в глазах смотрящих — тех близких и родных, что восхищаются своими героями и верят в них. Они еще большие аутсайдеры и станут настоящими серыми кардиналами, противниками системы масонского заговора. И здесь Шьямалан вновь использует экран как средство коммуникации: записи с камер слежения — объективная хроника, остальное — вновь вопрос веры или безверия. 

«Повелитель стихий» (The Last Airbender)

Авторитарный народ огня уже более ста лет ведет войну, которая, кажется, близка к развязке. Племена четырех стихий разделены, многие и вовсе истреблены. В ответственный момент, подобно мессии, появляется Аанг (Ноа Рингер), способный управлять всеми стихиями аватар. Только он может изменить положение сил. 

Как приняли?

Отбил бюджет в прокате, но прибыли не принес. 4.0/10 на IMDb. Девять (!) номинаций на «Золотую малину» и пять побед. 5% на Rotten Tomatoes.

Почему несправедливо? 

«Повелитель стихий» — в самом деле далеко не самый удачный фильм Найта. Вместо финала — клиффхэнгер, мифология вселенной требовала куда большего хронометража, чем форматные сто минут (если больше, устанут дети-зрители). Так, многие персонажи вынуждены скороговоркой тараторить факты из своей биографии, чтобы больше экранного времени оставалось на тренировки Аанга по управлению стихиями.

Авторитарное влияние студии не позволило внятно адаптировать для большого экрана сюжет одноименного мультсериала. Неминуемый и оглушительный негатив фандома понятен, но как самодостаточное фэнтези «Повелитель стихий» — скорее увлекательный детский фильм, эдакая иллюстрация «Тысячеликого героя» Джозефа Кэмпбелла для самых маленьких. Шьямалана, как ни странно, привлекают не безостановочные разговоры про высшую миссию и едва ли не религиозное предназначение Аанга, а идеи гармонии мира и боевая хореография, в его трактовке напоминающая балет. Тревога перед надвигающейся экологической катастрофой — мотив, присущий практически всем поздним фильмам Найта, но именно в иносказательности «Повелителя стихий» заключена идея о хрупкости мира, получившего поэтическое предзнаменование.

 Фото: кадр из фильма «Стекло»

Автор материала: Антон Фомочкин

Мой район