Еще недавно все полотно было покрыто кракелюром — сеткой из трещин на лаке и краске. Это словно морщины на лице. Сейчас дефекты устранены.
Без сильных изломов и осыпавшейся краски теперь всё полотно. Сантиметр за сантиметром мастера укрепляли и грунт, и красочный слой. При этом использовали специальный осетровый клей, который готовят из вываренных плавательных пузырей осетра с добавлением меда.
Но в арсенале реставраторов много и современного — инфракрасная камера, рентген, спектрометр, микроскоп. Техника позволила буквально нырнуть в шедевр и увидеть все слои творчества и наброски Ивана Айвазовского.
Художник-маринист менял волны и расположение мачты после кораблекрушения по ходу работы. Можно даже сравнить изначальный замысел художника с результатом его работы.
Это первая в истории шедевра комплексная реставрация. Картина, написанная в 1850 году, занимала центральное место в музее, часто гастролировала. Но в наше время ей явно потребовалась помощь. При этом полотно не уносили от зрителей. В Русском музее есть Зал открытой реставрации в корпусе Бенуа, и все посетители могут наблюдать за работой специалистов.
Алла Манилова, генеральный директор Русского музея: «На один век, на 100 лет точно дарим нашим посетителям, стране, музейному фонду РФ восстановленное по последним мировым стандартам реставрационной науки, искусства полотно великого Ивана Айвазовского. Символизм этой картины всё-таки в том, что даже „Девятый вал“ не означает конец».
Одновременно с произведением отреставрировали и его историческую раму. Восстановили более 100 утраченных фрагментов резьбы, заново сделали их из липы и покрыли сусальным золотом.
И еще одна интересная деталь картины. Автограф Иван Айвазовский оставил не в углу полотна, а на обломках мачты как напоминание, что и сам бывал в страшном шторме в Бискайском заливе в одном из путешествий. И оттого его картина воспринимается так драматично и правдиво.